Всеобщий моральный кодекс не сводится к согласованной модели. Мораль никогда не может быть оформлена в виде принятого во всем мире списка абсолютных правил (даже убийство может быть оправдано, например, в случае со снайпером, который отказывается вести переговоры).
Но есть обратные примеры этически ответственного поведения, которые наша совесть может использовать в качестве ориентиров. Как наглядный пример, некоторые библейские ученые предлагают перевод «Вам не следует» вместо «Вам нельзя» для Десяти заповедей.
Как общие принципы, они могут применяться во многих направлениях. Например, фактически во всех культурах ценится надежность; но вместе с тем имеются различные точки зрения на то, всегда ли следует говорить правду. Это иллюстрируется восточными (в сравнении с западными) ценностями, которым отдается предпочтение. В принципе обе культуры согласны в том, что обман неэтичен, а прямодушие нравственно, но непонимание может возникнуть тогда, когда вышеупомянутый принцип воплощается в жизнь иными путями, отражающими другие ценности и достоинства.
Наконец, многие из нас руководствуются этими принципами в установленных рамках. Так, типичный цыган не будет сомневаться, стоит ли обворовать ваш карман, но он никогда не украдет у родственника. Убийство незаконно, если мы не говорим о войне. Вранье также неправедно до тех пор, пока мы не собираемся рассказать ребенку о Деде Морозе. Взяточничество является стандартной практикой в многих частях света… И так далее.
Подобные различия в понимании сущности нравственности заставляют многих людей сделать вывод о том, что нет стандартных универсальных этических принципов и что моральная ответственность соотносится с культурным феноменом. Это опасный вывод, который освобождает нас от любой ответственности, исключая пределы наших собственных интересов, что предопределяется нашими расходящимися религиями или местными статус-кво.
Признаки профессионального разделения труда особенно отчетливо проявлялись в эпоху феодализма с ее многочисленными профессиональными уставами, кодексами (цехов, гильдий, монахов, судей, рыцарей). Первоначально эти кодексы выражали стремление представителей господствующего класса закрепить за собой привилегию заниматься умственным трудом, и позднее они стали появляться и среди людей так называемых свободных, творческих профессий (художников, актеров, писателей и др.). В период средневековья выросла целая пирамида строго регламентированных нравственных отношений, сословно-корпоративных разграничений, обросшая косными моральными правилами, казуистикой.